Пресса

Интервью с Ричардом Барбиери от 6 апреля 2005 года

Интервью с Ричардом Барбиери провел и записал Крис Слэк 6 апреля 2005 года в Сиэтле, в Crocodile Café. Крис Слэк: Как начался американский тур?

Ричард Барбиери:

Очень хорошо. График очень плотный, собственно, как и в Европе. Билеты на большинство концертов тура уже распроданы, наша аудитория расширилась, на концерты приходит все больше молодежи. Кажется, это действительно большой шаг вперед.

КС: Это кажется невероятным. В смысле, я думал, что Европейская часть тура должна была быть больше, чем в Америке; в Европе больше людей знает вас и больше людей ходит на ваши концерты. Я очень удивлен. РБ:

Да. Европейский тур был незабываемым. На все концерты билеты были распроданы. И мы думали, что было бы хорошо, если бы все было так же и в Штатах, так и получилось.

КС: Замечательно. Что бы вы сказали человеку, никогда до этого не слышавшему Porcupine Tree. Как бы вы описали группу и музыку? РБ:

Ну, это рок-музыка, но с большим уклоном в электронику. Может быть «экспериментальная» слишком громкое слово, но я бы сказал, что это альтернативная рок-музыка.

КС: Новый альбом, «Deadwing», очень хорош. Он крутится в моем CD плеере без остановки с тех пор, как я купил его. Как бы вы описали альбом и песни с него?

РБ:

Он не так сложен, как «In Absentia», но содержит в себе несколько сложных элементов. И есть на нем, скажем, несколько тяжелых гитарных риффов. Я думаю, это красивые тяжелые риффы. Но это разнообразие, c которым Вы всегда сталкиваетесь, слушая Porcupine Tree, это эффектные и красивые пассажи и части. Я думаю, главным отличием этого альбома от предыдущих является то, как альбом записывался. С «In Absentia» мы пришли в студию и записали альбом в те сроки, которые были оговорены лейблом. Этот альбом мы записывали, не ограничивая себя во времени. Мы проводили больше времени вместе во время записи. На новом альбоме больше песен, сочиненных группой и Я думаю, это была политика в Warner Brothers, это такой принцип работы, которая превращалась в альбом. Нам дали больше времени на то, чтобы... не знаю.... отшлифовать композиции и попытаться записать больше композиций, чем мы обычно делали.

КС: И в итоге он звучит очень хорошо.

РБ:

Да. Я думаю, этот альбом создавался без какого-либо давления на нас. Мы могли наслаждаться записью пластинки немного дольше.

КС: Это ваш второй альбом на лейбле Lava/Atlantic. Как они промоутируют Вас, по сравнению с предыдущими лейблами, с которыми вы работали? Вы довольны рекламной кампанией, которую они проводят для вас?

РБ:

Да. Полагаю, мы никогда не стали бы так популярны в Америке без поддержки этого лейбла. Их поддержка позволила нам организовать тур и у нас появились фан-клубы здесь. Это очень важно. Также с их помощью наши песни зазвучали по радио и в музыкальных магазинах, это целая индустрия. Это не просто. Что касается лейбла, пока они устраивают нас. Они дали нам полную свободу. Мы не скованы обязательствами писать музыку в каком-то определенном стиле. Мы будем очень рады, если они попросят нас выбрать песню для выпуска ее синглом.

КС: Как было с «Shallow»?

РБ:

Да. Мне кажется на каждом альбоме Porcupine Tree есть несколько песен, которые имеют потенциал синглов. И никаких обид, правда. Никаких обид вообще

. КС: Хорошо. Правильно я понимаю, что продюсером всех альбомов Porcupine Tree был Стивен Уилсон или кто-то еще прикладывал руки к созданию музыки группы?

РБ:

Ну, Я полагаю, вы могли прочесть в буклете альбома, что со-продюсерами были Ричард Барбиери и Гейвин Харрисон? Очевидно, вы не заглядывали в буклет. Ну да, мы приложили руку к созданию музыки.

КС: Обычно в буклетах указывается вся группа, как продюсеры альбома, а не трое из ее участников.

РБ:

Идеи для альбома придумал Стивен, начнем с этого. И он лидер группы. Но, Я думаю, лидер должен быть в любой группе. Если у вас есть четверо музыкантов, которые мыслят одинаково с точки зрения продюсирования, Вы могли бы запутаться, понимаете? В нашем случае этого не происходит. Это лучше, чем продюсирование группой, мудрое продюсирование, лучше, чем когда-либо прежде.

КС: Прекрасно. Не считая музыки, популярной в мире сегодня, где вы все черпаете вдохновение для создания музыки и лирики?

РБ:

Ну, мы все весьма разные. Что касается меня лично, мое вдохновение не исходит из музыки. Я люблю слушать музыку, но музыканты, чьей музыкой Я наслаждаюсь, не обязательно влияют на меня, понимаете? Я люблю слушать экспериментальную электронную музыку, Aphex Twin, я слушаю Нила Янга. Но не обязательно, что они влияют на меня, как на музыканта.

КС: Вот почему Я подчеркнул: «За исключением музыки других музыкантов».

РБ:

Мой мир складывается из любимых мест, чувств, атмосферы, звуков, абстрактных звуков, которые можно услышать где угодно. Я копирую звуки, услышанные в аэропортах, в подобных странных местах. Эти кусочки звуков превращаются в элементы. Это прозвучит немного претенциозным, но стартовая точка для звуков лежит в идее. Так, Я думаю, эти кусочки звуков влияют на меня и мою музыку; Стив, например, слушает адски много музыки. То есть весь день, вплоть до момента, когда мы выходим на сцену и сразу после окончания концерта. Я думаю, что он черпает вдохновение из большого количества разных источников.

КС: Я не слышал Вашего мнения по данному вопросу раньше и поэтому хочу спросить о вашем отношении к скачиванию музыки через Интернет. Есть ли у вас вопросы к поклонникам, скачивающим вашу музыку из Интернета, а не покупающим непомерное количество альбомов на eBay или у русских бутлегеров?

РБ:

Я скажу, что это не отражается болезненно на Porcupine Tree, потому что наши поклонники хотят не песню. Они хотят альбом. Я имею в виду, что мы сохраняем в себе эстетику 70-х, когда альбом это и обложка, и буклет, и оформление, и все с этим связанное. Для нас это важно, и для наших поклонников, надеюсь, тоже, потому что большинство из них ценители музыки, коллекционеры и они хотят, чтобы у них было все. Я думаю, они предпочтут пойти в магазин и купить диск. Очевидно, что Британи Спирз, Кристина Агилера, вам нравится их песня и вы можете скачать ее. И вам не нужна полная история, полная, понимаете? Я уверен, что это не будет болезненным периодом для нас. Лично я не скачиваю музыку. Я не участвую в этом. Я не вижу поводов для того, чтобы скачать какой-нибудь трек. Я предпочту зайти в музыкальный магазин.

КС: Полностью согласен.

РБ:

Смысл походов в музыкальный магазин в том, чтобы находить что-то, возвращаясь домой. Иметь что-то в руках, читать стихи, вероятно как Я делал когда-то, когда был очень молод. Я рад, что не потерял этого наслаждения.

КС: Вы, по крайней мере, мне так кажется, приобрели большую известность за последние четыре-пять лет. Как вы считаете, способствовала ли этому деятельность мистера Уилсона, продюсировавшего альбомы Opeth, а затем применившего полученный опыт работы с ними в Porcupine Tree?

РБ:

Да. Мы не можем утверждать точно, но есть предположение, что мы приобретаем популярность у молодежи, поскольку они увлекаются Opeth или другими металлическими группами и возможно пытаются найти что-то, похожее на них, и находят нас. Так возможно среди наших поклонников есть поклонники Nine Inch Nails и Opeth. Я думаю, что мы - не хард-кор и не на одной ступени с Opeth, но может быть, есть в нас что-то, что привлекает этих людей. Возможно, они открывают нас для себя таким образом. Возможно, просто слышали нашу песню по радио.

КС: Когда вы работаете в студии, как вы работаете? Вы записываете песню с начала, с вступления, шаг за шагом? Записываете песню по кусочкам?

РБ:

Да. Все было по-другому в этот раз. Было всего понемногу, действительно. Было несколько джем-сейшнов, где мы, находясь в одном помещении, импровизировали, и тут было важно работать сплоченно, придумывая интересные ходы во время игры и быстро выбирая один из нескольких вариантов развития композиции. И мы должны были решать, на каком варианте нам остановиться, что-то оставляли и дорабатывали, что-то отбрасывали. Мы не смогли бы позволить себе такое, если бы были ограничены во времени на запись пластинки. Но и импровизация тоже может навредить. Поскольку это может звучать прекрасно в начале, но потом понимаешь, что у этой композиции нет никакого направления, и не знаешь, как развивать ее. Так мы работали только над пятью-шестью песнями. Другие композиции имели традиционную структуру в демо-версиях: у нас была песня, у нас был кусочек импровизации и мы «скрещивали» их. Были пара вещей моих и Гейвина, в которых мы записали свои партии инструментов, которые мы использовали в песнях. Таким образом, были изменения в этот раз. Не было специальной установки, как записываться.

КС: Играет ли кто-нибудь из участников группы в X-box? Я спрашиваю, потому что песня «Strip the Soul» вошла в саундтрек к игре Project Gothem Racing 2.

РБ:

Действительно? Нет.

КС: Я не видел ничего подобного в дискографии Стивена Уилсона или где-нибудь еще.

РБ:

Нет, нет, нет.

КС: Я был бы удивлен, если кто-то из вас был бы геймером или кем-нибудь в этом духе.

РБ:

Нет, никогда. Я догадываюсь, что возможно наши песни включали в подобные компиляции. Что ж. Я точно не знаю об этом.

КС: Чем еще вы занимаетесь помимо участия во всевозможных музыкальных проектах? У вас есть хобби?

РБ:

Музыка занимает большую часть времени. Но в свободное время, когда оно появляется, я люблю играть в теннис. У меня неплохой уровень игры. Я участвую в некоторых турнирах. Это по большей части любительские турниры, но Я выигрывал в некоторых из них.

КС: Вы держите себя в форме?

РБ:

Да.

КС: Я где-то читал, что Стивен большой поклонник кинематографа. А вы? РБ:

И я тоже. Мое детство прошло в увлечении кино в стиле арт-хаус, я люблю фильмы Луиса Банела, Орсона Уэллеса, Тодаровского, Тарковского.

КС: Отдаете предпочтение сюрреализму?

РБ:

Абсолютно верно. Porcupine Tree всегда хотели написать музыку к фильму. Я не знаю, произойдет ли это когда-нибудь, но все необходимое для этого у нас есть.

КС: Музыка трансформируется. Я имею в виду, многие ваши песни действительно подошли бы к сопровождению фильма.

РБ:

Да, да.

КС: Вы удовлетворены текущим положением вещей, находясь в статусе героев андеграунда, или жалеете о том, что популярны не так, как Иисус Христос? РБ:

Все всегда хотят быть более успешными, но зато, Я думаю, в некотором отношении Вы должны расчитывать на успех исходя из вашего таланта, для меня успех всегда был подтверждением, что я иду в правильном направлении, и стимулом, чтобы писать музыку и иметь определенный успех, появившийся благодаря этому. И таков мой стиль жизни. Так, Вы знаете, что для большинства людей это - мечта. У нас не было таких безумных амбиций, что мы должны быть более популярны. Я имею в виду, что это всегда приятно и это замечательно. Я вполне удовлетворен моим сегодняшним положением. Я не знаю, как.....но Я был бы счастлив быть популярным. Я определенно могу добиться этого. Хотя, многие поклонники не очень это любят.

КС: Да, если люди приобретают успех, они всеми силами пытаются не потерять его. Они готовы на все, чтобы быть еще популярней.

РБ:

Все это имеет значение для людей, которым нравится эта группа. Я был таким же, когда был ребенком. Если мне попадал в руки интересный альбом, я влюблялся в него. Я действительно не хотел, чтобы другие люди знали об этой музыке. Я хотел, чтобы эта музыка была персонально для меня.

КС: Но она предназначалась не только для вас.

РБ:

Точно.

КС: Точно, точно. Именно так, вероятно, и было. Остальные мои вопросы общего плана и я не хочу тратить ваше время, отвечая на них. Что вы можете сказать моим читателям, которые, по большей части, состоят из поклонников хеви-метал?

РБ:

Оу! Окей. Да, ну, надеюсь, они не очень разочарованы. Все, что нужно знать о Porcupine Tree – это то, что большинство поклонников ассоциируют свой стиль жизни с музыкой, которую они слушают, такие, как, например, поклонники Nine Inch Nails или некоторых действительно тяжелых групп, как Opeth, Meshuggah. Это люди, которые действительно живут по тем же жизненным принципам, так что их поклонники живут по тем же принципам, что и они. Понимаете, о чем я говорю? Это собирательный образ. Вы знаете, у вас есть татуировки, у вас есть выпивка, у вас есть наркотики, что угодно. Это - образ жизни. Но Я думаю, что такие люди, может быть, открывают нас для себя на том этапе, когда мы играем реальный тяжелый материал, «Кто эти парни? Они не такие, как я. У них не такой стиль жизни». Это видится мне так. Я думаю что это – сила группы в некотором отношении. Вы понимаете, о чем я? Вы в курсе, что раньше я был частью группы под названием Japan? В ней были элементы глэма, у нас были длинные волосы, мы наносили макияж на лица, и это было нашим стилем жизни. Просыпаешься утром, наносишь макияж и вперед. Это будет маска, которую надеваешь, идешь в определенные клубы, у тебя определенный стиль жизни. И поклонники, видя нас, подражая нам, одевались также и вели себя так же. Вы знаете, как это было? Вы были поклонником этой группы и это часть вас. Но у Porcupine Tree аудитория действительно разнообразная.

КС: Как и ваша музыка.

РБ:

И мы не выбираем определенный тип одежды или имиджа, который удивляет меня иногда, когда какой-нибудь поклонник Meshuggah приходит на концерт Porcupine Tree. Не знаю, что они находят на сцене и мне очень интересно, что они думают о нас.

КС: Когда вы были в Сиэтле в прошлый раз вместе с Opeth, Я думаю, что Вы, вероятно, приобрели довольно много поклонников из числа тех, кто пришел, чтобы увидеть Opeth. Лично у меня было много друзей, которые были там и никогда до этого не слышали о Вас и их в буквальном смысле «унесло» от услышанной музыки и испытанных чувств, и от всего того, что было там тогда. РБ:

Группа, которой мы очень восхищаемся - это Tool, мы влюблены в тот мир, который они создали, которым они сами в некотором смысле живут. Вы смотрите на сцену и вы совсем ничего не видите, кто есть кто, что происходит. Вы понимаете, что я имею в виду?

КС: Абсолютно.

РБ:

Вокалист стоит где-то позади, на некотором расстоянии от края сцены, все вокруг движется под неторопливый ритм, вы погружаетесь в это захватывающее шоу, состоящее из музыки и видеоинсталяций. И подростки погружаются в этот мир, но это прекрасно, потому что здесь нет и намека на шоу-бизнес. Эта музыка и это шоу сработаны очень хорошо. Так, в нашем небольшом мире наши музыка и видеоинсталяции становятся лучше.

КС: Мы не увидим этого здесь (на концерте в клубе Crocodile)?

РБ:

Нет. Но в Чикаго мы играли в Park West и у нас было три экрана и все было так, как мы хотели. Это великолепно.

КС: Очень жаль, что мы не можем увидеть подобное здесь. В этом зале хватит места только на один экран.

РБ:

Да. (Смеется)

КС: Спасибо, что нашли время поговорить с нами.

РБ:

Всегда пожалуйста.
Перевод: stupid max