Пресса

Интервью с Тимом Баунесом — «Духи прошлого и настоящего»

Он – голос, наверное, самой гипнотической и интригующей арт-рок группы, существующей с конца 80-х вопреки грязным законам «монстра шоу-бизнеса», именуемой No-Man, в состав которой, помимо него, входит лидер Porcupine Tree Стивен Уилсон. Новый альбом Schoolyard Ghosts (лейбл K-Scope Music) поднял группу на новый уровень,  продолжив линию темных атмосферных мелодий, подогревших интерес к группе среди поклонников интеллектуального пост-рока.

Тим Баунес известен большим количеством музыкальных проектов, он работал с Alice, David Tom, Samuel Smiles, многими другими группами; он был частью малоизвестной «Мадчестерской» (Madchester) сцены, выпустил сольный альбом, создал свой собственный лейбл Burning Shed и продолжает пополнять лист своих заслуг. Баунес заглянул на Ytsejam.com, чтобы поговорить о новом альбоме, его работе с Уилсоном и о том, что окружает столь занятого вокалиста.

«Я думаю, новый альбом это квинтэссенция творчества No-Man», - начинает Баунес. «Я действительно думаю, что это наша самая самостоятельная и, возможно, лучшая работа из всего, что мы делали ранее. Стивен Уилсон и я чувствовали с самого начала, что этим альбомом мы создали свою собственную вселенную. В некотором отношении, новый альбом является логическим продолжением наших предыдущих альбомов, Returning Jesus (2001) и Together We’re Stranger (2003); Together We’re Stranger был очень атмосферным, но Schoolyard Ghosts сфокусирован на аранжировках и сочинительстве песен».

- «И вдохновлен столь противоречивыми стихами?»

– «Личным опытом», - отвечает Баунес, «не пропуская этот удар», - «Личным опытом и теми книгами, что я, вероятно, прочитаю. Великая ирония Пикассо об эмоциональной реакции на действительность - это и есть вся правда о стихах для No-Man».

По большей части нет изначальной установки писать печальную и унылую композицию, особенно между Баунесом и Уилсоном, но как объясняет Тим, не только мелодия рождается из работы дуэта, есть некая невидимая связь между чем-то, что можно расслышать как нечто атмосферное и чем-то мрачным и темным. «Это столь естественно для нас обоих», - заключает Баунес. «Мы постоянно обсуждаем детали записываемого альбома, я думаю, мы всегда стремились к изысканной меланхоличной музыке. Тем не менее, существует разница между простой меланхолией и настоящим несчастьем – и я надеюсь, мы подходим под категорию просто меланхолии. Стихи и музыка на этом альбоме пессимистичны, но также есть и некоторые оптимистичные моменты, которые немного скрашивают общую печальную картину».

Вместе с Баунесом, являющимся автором всех стихов и соавтором музыки, работает Уилсон, являющийся соавтором музыки и аранжировщиком. В записи альбома приняли участие несколько приглашенных музыкантов, включая помимо прочих Пэта Мастелотто, Тэо Трэвиса и Мэриэнн де Частелейн, которые расширили музыкальную палитру, окруженную меллотронами, где духовые инструменты, слайд-гитары, настоящая виолончель и перкуссия довели эту запись до совершенства; сделали ее столь совершенной, что не секрет, что Schoolyard Ghosts был выпущен сразу с бонусным DVD-A диском в придачу, содержащим 5.1 и высокочастотный стерео-микс, чтобы действительно подтвердить живую акустику записи. «Этот альбом записывался не так, как предыдущие наши альбомы» - объясняет Баунес. «Работая над любым другим альбомом No-Man, я приносил свои заготовки песен, а Стивен – несколько инструментальных демо-треков, с которыми я работал, и затем мы также дописывали некоторые песни вместе в студии. Работая над Schoolyard Ghosts, я придумал большое количество аранжировок и идей песен. После этого, Стивен и Я обсуждали определенные детали и образно строили структуры будущих песен. Например, работая над Truenorth, Стивен написал еще две части к первоначальному варианту, который написал Я».

«На новом альбоме есть только одна песня, придуманная и записанная в студии спонтанно, «Wherever There is Light». Было интересно выбирать приглашенных музыкантов для записи альбома, потому что, например, на Together We’re Stranger тоже присутствовали приглашенные музыканты, но большая часть работы легла на меня и Стивена. Было чувство законченности из-за того, что мы вдвоем проделали большую часть работы; подключая большое количество сторонних музыкантов, возникало ощущение, что они выглядели как карикатурные рисунки поверх основного изображения, когда мы работали над тем альбомом. На новом альбоме вы можете услышать, как определенные инструменты усиливают песни. Например, педальная слайд-гитара в некоторых композициях. Я давний поклонник творчества Брюса Кэппана, еще со времен его работы в American Music Club и Red House Painters, так что он был первым, кого я пригласил для записи. Мы работали с музыкантами, которые «подходили» для своих партий. Стивен знал, что Гейвин Харрисон с его джазовой манерой игры сможет хорошо и «толково» исполнить свои партии для композиции «Mixtaped», я и не представлял до этого о его способностях, очевидно, эти способности происходят из его корней в джазе.  Это была комбинация определенных, услышанных нами вещей и воплощение того, что мы пригласили музыкантов, с которыми мы хотели работать, которые усилили нашу музыку».

Будучи постоянно в работе, сочиняя или записывая музыку, Тим всегда чем-то занят; постоянно участвуя в различных музыкальных проектах, он располагает разносторонним музыкальным складом ума, но No-Man, кажется, ближе всего его сердцу. «Думаю No-Man наиболее дорогой мне проект», - говорит Баунес. «Я работаю со Стивеном с конца 80-х годов, в первый же вечер нашей совместной работы мы написали две песни вместе.  Вместе мы всегда с легкостью сочиняли песни, потому что мы оба эклектичны и у нас обоих свои амбиции и музыкальные идеалы. Наше сотрудничество показалось мне правильным с самого начала. Это наверно покажется странным, но записи No-Man гораздо ближе моему собственному видению музыки, чем должна бы быть моя сольная работа; я думаю частично потому, что Стивен как аранжировщик и музыкант может точно реализовать те идеи и чувства, которые есть у меня, и у того, что он делает всегда отличительное качество. Это совсем не значит, что другие мои проекты не столь хороши или что я не доволен, что получается у меня, потому что я чувствую, что другие мои проекты получаются довольно хорошими, но этот проект кажется наиболее личным».

И конечно, вам вероятно интересно, как Баунес и Уилсон познакомились. «Стивен прочитал несколько отзывов на концерты той группы, в которой я играл в то время», - отвечает вокалист. «Мы жили в разных частях Великобритании: я на окраине Манчестера, а он на окраине Лондона. Мы оба были из городов «мертвой культуры», и культура и музыка стали определяющими факторами нашего сближения. Многие из наших друзей-музыкантов мечтали стать участниками кавер-групп или выступать в кабаре, и мы пытались найти музыкантов, у которых были бы взгляды, похожие на наши. Стивен в середине 80-х выпустил компиляцию альбомов, и он прочитал пару отзывов на группу, в которой я играл. Он связался со мной и после одного единственного звонка, мы решили встретиться и попробовать работать вместе».

Любой из вас, кто смотрел фильм «Круглосуточные тусовщики», знает, что Манчестер в одно время был местом прогрессивной музыки, особенно благодаря лейблу Factory Records и группам Joy Division, New Order и многим другим, которые в середине 80-х сформировали локальную музыкальную сцену, известную как Мадчестер («Madchester»), и Баунес застал конец этой эры. «Вся «Мадчестерская» сцена была одной из причин, почему возникли No-Man», - намекает Баунес. «Хотя мы очень отличались от других манчестерских групп того времени, таких как Happy Mondays и Stone Roses, мы экспериментировали с брейк-битом и танцевальной музыкой в эмбиентном и электронном ключе. Тот факт, что я был из северо-запада Великобритании, привлек к нам внимание звукозаписывающих компаний и помог нам заключить контракты в конце 80-х - начале 90-х годов. Мы выпустили сингл в 1990 году, который был напечатан в Великобритании большим тиражом, этот сингл был выпущен полностью за наши деньги, мы сами разослали его по звукозаписывающим компаниям и, в конечном счете, нами заинтересовались на One Little Indian Records,  это модный лейбл, на котором выпускались помимо прочих такие музыканты, как Bjork, Sugarcubes, Kitchens of Distinction. Очень трудно представить это сейчас, но тогда нами впервые заинтересовались; и да, мы играли несколько концертов в Манчестере в первые дни существования группы».

В данный момент группа задействована во многих проектах и неудивительно, прослушав последний альбом, что некоторые композиции будут использованы в фильме, один такой фильм это Weak Species (возможный перевод - «Больной вид» - прим. stupid max). Как объяснил Тим «Дэн (Фэлтц, режиссер картины) большой поклонник группы, он связался с нами, он хочет использовать некоторые песни No-Man в фильме для усиления эффекта той или иной сцены. Лично я люблю писать музыку к фильму, очень много было сделано мной, подходящего для подобного рода вещей (как и в случае с другими моими проектами). Помимо No-Man большинство моих сторонних проектов представляют из себя серию сольных вокальных записей, в которых я работаю с различным набором инструментов, построенных на «фоне» моего голоса. Еще в данный момент я работаю вместе с участником итальянской группы Nosound Жанкарло Эрра, мы работаем над совместным альбомом, в записи которого приняли участие Колин Эдвин из Porcupine Tree и Питер Хэммилл из Van der Graaf Generator. В некотором отношении данный альбом является продолжением самих No-Man».

Также в планах группы несколько концертов, которые, правда, ограничатся лишь Европой, но, как объясняет Тим, есть надежда на дополнения в концертном графике, в частности, концертами в Америке. «Мы объявили о нескольких концертах в Великобритании, Германии и Нидерландах», - заключает Баунес. «Большую заинтересованность в концертах группы в их странах проявили Италия и Польша, которые, к сожалению, мы не посетим, также за последние пять лет возрос интерес в концерте No-Man и в Америке, в частности в городах восточного побережья».

2008 Томми Хэш для Ytsejam.com
Перевод: stupid max.