Пресса

Интервью cо Стивеном Уилсоном, Июнь 2007

«Музыканты должны отражать в своем творчестве как в зеркале всю нашу жизнь и говорить примерно следующее: «Это то, чем мы живем, это состояние нашего общества сегодня. Делайте выводы сами»» - говорит Стив Уилсон, мозг и голос Porcupine Tree.

«Мне кажется, что начало ХХI века - это очень плохое время в плане изменения культуры с развитием информационных технологий, которыми мы пользуемся каждый день, в частности Интернет полностью поглощает наше сознание. Время, когда сотовые телефоны, iPod'ы, приставки Xbox и PlayStation, различные реалити-шоу, такие как «Фабрика Звезд» и «Большой Брат»  телевидение, MTV являются главными символами современной культуры, не конкретно для нас с вами, но для большинства».

Уилсон определенно выглядит чужаком в современном мире, испытывая отвращение к большинству вещей, которые его окружают. Вместо того чтобы молча наблюдать за происходящим, как делают другие, он собрался с мыслями и создал свое лучшее музыкальное произведение, охватывающее широкий диапазон актуальных проблем, пассивный, безразличный и неопределенный по настроению - альбом Fear of a Blank Planet. Шесть песен, чуть больше 50 минут музыки и одна главная мысль: то же самое поколение, растущее в этом веке информации, где норма - не сосредотачиваться на чем-то конкретном; где музыка - это просто товар, а не образ жизни; где сознание контролируется предписанными медикаментами. И известность... известность - это то, к чему все стремятся независимо от таланта и умения. Где слава - это Святой Грааль, ключ к постоянному вниманию.

«Вы в курсе, что произошло в Виржинии, штат Техас? Тот парень пошел в школу и убил столько людей!» - говорит Уилсон и его голос дрожит, давая понять, что он принимает эту трагедию близко к сердцу. «В большей степени на него повлияло, как я понимаю, насколько мне известно об этом, то, что он был маргиналом. Он чувствовал себя игнорируемым со стороны окружающих, проигнорированным жизнью. Он был парнем, которого унижали одноклассники; к несчастью, так мы сегодня живем и популяризируем идею того, что если ты не совсем значим - ты ничего не стоишь. Если ты не совсем успешен, если ты не популярен, если ты не известен, если ты не знаменит - то ты как бы ничего и не стоишь. И единственный путь стать знаменитым, если ты «кусок дерьма на чьем-то башмаке» - это пойти в школу и расстрелять 25 одноклассников. Мгновенная е****ая слава!» - сокрушается Стивен, полный гнева. «Вот что не так в мире сегодня!»

Трагедия в Виржинии произошла примерно в те же дни, когда Porcupine Tree собирались выложить видеоклип на Fear of a Blank Planet в Интернете. Из-за некоторых сцен, которые могли быть болезненно восприняты членами семей погибших, релиз клипа был отложен.

«В финальных кадрах видео парень подходит к школе с «пушкой» в руках» - объясняет Уилсон. «Можете представить, что мы почувствовали, когда услышали новости из Вирджинии? Я имею в виду, что для нас это видео было ссылкой на произошедшее в Columbine восемь лет тому назад (речь идет о событиях, которые произошли 20 апреля 1999 года в средней школе Columbine, город Литлтаун, штат Колорадо, когда двое учеников этой школы, Эрик Харрис и Диллан Клиболд, пришли в школу с пистолетами, ножами и самодельными бомбами и убили 12 школьников и одного учителя. - Прим. stupid max), так что мы думали, что прошло уже достаточно времени для того, чтобы дать здравую оценку тем событиям. Последние события наглядно отразили идею Fear of a Blank Planet".

В титульном треке альбома Уилсон туманно намекает: «Как могу я быть уверен, что я - это действительно я, пилюли, которые я принял, опутали меня...» - перечисляя все, что происходит день за днем в жизни подростка, живущего тем, что он должен постоянно развлекаться и никогда не реализовать себя. «Телек, да, он всегда включен», «Xbox - это бог для меня», порнография: «исполнение хромает, действие успокаивает», секс: «один из многих других безпонтовых вариантов провести день».

«Это очень расстраивает» - заключает Уилсон. «В некотором отношении главное, о чем говорит Fear of a Blank Planet «посмотрите, это мир, в котором мы живем, сделайте выводы из этого». И большинство людей отвечают мне: «Да, вы правы, кто-то должен говорить и на эти темы».

Стивен тут же добавляет, что Porcupine Tree здесь не для того, чтобы учить людей как жить. Это просто группа музыкантов, показывающих свое видение современного мира. И их взгляды на современный мир тоже безрадостны. «Я не верю в то, что попытка предложить решение проблемы в песнях может принести положительный эффект» - сообщает он. «Я свято верю, что вы не внемлите предлагаемым решениям, вы не делаете все то, к чему призывает Боно, который занимается проповедями своих слушателей, говоря: «Так ты должен учиться жить своей жизнью, так ты должен голосовать, так ты должен выбрать свой путь».

Современная жизнь невозможна без легкодоступности всего, от музыки до секса - эти проблемы Уилсону кажутся актуальными. Например, это альбомы, просачивающиеся в сеть за несколько месяцев до их релиза, или это все новые знаменитости, по большей части пустышки, которые приобрели известность благодаря скандалам – подобные примеры мы можем найти повсюду.

«В нашем шоу-бизнесе продвигается идея того, что самое важное, чего тебе нужно достичь, это хоть какая-нибудь известность» - замечает Стив. «Посмотрите телешоу, типа «Фабрика звезд», программы на MTV, реалити-шоу, где люди, не имеющие особого таланта, становятся знаменитыми за сутки, конкурируя друг с другом... Даже участники фабрики звезд, возможно они очень талантливые певцы, но они талантливы только среди таких же, как они, участников. Они не уникальны, у них нет харизмы» - отмечает он с разочарованием. «В них нет остроты, в них нет того, что бы тронуло души людей и выделило бы их среди других певцов».

«Люди подобно Тому Уэйтсу, Нилу Янгу или Бобу Дилану... ни один из них не является великим певцом, но у них есть что-то уникальное и особенное, их фигуры узнаваемы, такие как они вылетели бы в первом же туре фабрики звезд. Над ними бы просто посмеялись. Я думаю, главная идея фабрики звезд это создание музыкантов, которые ими быть не могут по определению. Фабрики звезд создают людей, которые будут развлекать публику. Таких людей, которые будут развлекать вас, когда вы в отпуске, которые здесь, сегодня, и на ближайшие пару лет. Какое же послание несут они в себе для молодежи, что стать знаменитым является самой важной вещью, которую вы должны достичь в жизни?»

Но где в этом, затопленном информацией обществе, находятся Porcupine Tree? Группа старперов, прикалывающихся на старости лет? Вовсе нет. Уилсону всего лишь сорок. Его группа, начинавшая с психоделического рока, сегодня звучит как группа вне времени, а он уверен, что вырос на тех ценностях, которых лишены сегодняшние подростки.

«Я люблю музыку, и я постоянно открываю для себя что-то новое, что оказывает влияние на меня. Так было несколько лет назад, когда я открыл для себя металл, что тут же отразилось на звуке Porcupine Tree» - объясняет Уилсон. «Я открыл для себя группы Meshuggah и Opeth, и позднее такие, как Mastodon и Gojira, эти группы поддерживали мой интерес к хэви-металлу. Они заставляют меня двигаться в новых направлениях и оказывают на меня большое влияние».

«Все те артисты, чью музыку я полюбил за годы жизни и кем восхищался, были эклектичны в своем подходе к созданию музыки, как например, Фрэнк Заппа. На одном альбоме он создавал серьезную классическую музыку, а на следующем мог импровизировать, подобно джазменам. Или, например, Дэвид Боуи, который постоянно перевоплощался в течение 70-х. Я люблю их за то, что, купив их альбом, я никогда не услышу на нем то, что они уже делали на предыдущих пластинках».

Будучи таким же искренним музыкантом, как и вышеперечисленные, Стивен верит, что они бросают вызов обществу и могут изменить ваши представления о музыке, но эти музыканты не имеют никакого отношения к тем музыкантам, которые упоминаются в FOABP. «Я имею в виду подростков, которые слушают больше хип-хоп и R&B музыку, и мне кажется, что их выбор музыки обусловлен тем, что они слышат, когда играют в приставку XBox, и это очень печально».

«Мне кажется, у этой музыки очень мало перспектив» - продолжает Уилсон, - «засилье этой музыки вокруг ведет к тому, что ее начинают ненавидеть. Вспомните альбомы 80-х годов, как, например, альбом Fear of a Blank Planet группы Public Enemy («Между этими альбомами есть связь?» - Прим. автора.). Эти альбомы были очень некоммерческими, но сегодня хип-хоп стал коммерческим жанром. Хип-хоп стал музыкой успешных людей, зарабатывающих миллионы долларов. Это странно, но рок-музыка в некотором смысле стала андеграундом. Рок-музыка, в общем-то, всегда была в подполье, хотя были времена, когда рок был очень популярен. Хип-хоп и R&B популярны уже так долго, что люди забыли, как мне кажется, какое послание несли в себе эти жанры. Вся их ценность была утрачена, сегодня эта музыка звучит отовсюду, от рекламных роликов до игр на XBox».

Сегодня кажется коммерческим самоубийством выпустить альбом, подобный Fear of a Blank Planet. Так зачем нужно было делать это? Прогрессив не может больше быть музыкой хоббитов и эльфов, но если отбросить лишнее, почему нужно потратить почти час времени на прослушивание этой записи?

Уилсон говорит, что в некотором отношении, этот альбом — протест против сегодняшней действительности. «Живя в веке информации и высоких технологий, мы перестаем замечать, что происходит вокруг. Так, специально записывать альбом, сложный для восприятия, который не будет иметь широко резонанса, в некотором отношении самоубийство, поскольку очень трудно привлечь внимание молодежи, которая не может сконцентрироваться на чем-то более 30 секунд».

«В некоторых случаях решения проблем находятся сами собой» — продолжает Уилсон, — «в смысле, что альбом выделяет те вопросы и те проблемы жизни общества, где главенствует «дефицит внимания». Но в то же самое время люди покупают этот альбом, и в немалых количествах по отношению ко всем нашим предыдущим записям, и в каком-то смысле, это является доказательством того, что можно решить эти проблемы самому, если обсуждать их».

«Я думаю, что этот альбом записан в традиции таких альбомов, как, например, «OK Computer», выпущенного 10 лет назад, который отражал взгляды на мир Radiohead, или, в частности, Тома Йорка, чувства, которые он испытывал в те годы» - заключает Стив. «Или если вернуться в 70-е, то это был альбом Dark Side of the Moon, который повествовал о техническом прогрессе в 70-е годы и нежелании принять эти изменения. И я думаю, хотя я не сравниваю Fear of a Blank Planet с этими двумя альбомами с точки зрения качества записи, этот альбом — скромная попытка рассказать о времени, в котором мы живем».

Интервью: Кен МакГрайд
Перевод: stupid max